Вольфганг Акунов "Под сенью лебединых крыл" (Отрывок)

Одним из наиболее известных древнегреческих мифов по праву считается миф о спартанской царице Леде, дочери царя Этолии Фестия и супруге царя Спарты Тиндарея, своей красотой обратившей на себя внимание верховного бога-олимпийца Зевса Громовержца, который совокупился с ней в образе лебедя, после чего Леда снесла несколько яиц, из которых вылупились два сына - Кастор и Полидевк (братья Диоскуры) и две дочери - Клитемнестра и Елена (унаследовавшая красоту матери, вышедшая замуж за царя Спарты Менелая, похищенная царевичем Трои Парисом и послужившая причиной кровопролитной десятилетней Троянской войны).

На наш взгляд, дело было так.

Жил в незапамятные времена знатный лакедемонянин Тиндарей, cын и наследник могучего Эбала - василевса (царя) славной Спарты - и благочестивой василиссы (царицы) Горгофоны. Жил он в родительском дворце (дело было, хоть и в Спарте, но ещё до сурового реформатора и исправителя нравов Ликурга, так что мальчиков, не сброшенных в пропасть суровыми старцами-геронтами за хилое телосложение или физические изъяны, не посылали сразу же на муштру и жизнь впроголодь в казарму) мирно и счастливо. Однако пришло время, и царь Эбал (его действительно звали именно так, это не шутка!) с царицей Горгофоной ушли безгласными тенями в мрачный Аид, царство мёртвых. Ещё не отгорел их погребальный костер и обугленные кости не были собраны в урну, как их безутешный сын и законный наследник был подло лишён прародительского престола злодеем-узурпатором Гиппокоонтом и обречён долгие годы скитаться на чужбине. После бесконечных скитаний по раздираемой междоусобными войнами Греции, неприкаянный изгнанник Тиндарей нашёл, наконец, приют, кров и пищу у гостеприимного, богоравного (как выразился бы Гомер) василевса Фестия, правителя греческой области Этолии. Со временем Фестий настолько полюбил обездоленного спартанского героя, оказавшегося отважным ратоборцем, искусно владевшим как мечом и копьём, так и луком со стрелами, поистине непревзойдённым как в колесничном, так и в пешем бою, и покрывшим себя неувядаемой славой в войнах храбрых етолийцев с воинственными соседями, что даже отдал в жёны Эбалиду свою прекрасную, как богиня, дочь Леду. Когда великий сын Тучегонителя Зевса, могучий полубог Геракл, победил нечестивого кознодея Гиппокоонта, убив его самого и всех его сыновей тяжкими ударами своей гигантской палицы, Тиндарей со своей юной женой - василиссой Ледой возвратился в прародительскую Спарту и стал там править, с позволения Геракла. Эбалид правил мудро и кротко, избегая войн и треволнений, ибо навоевался в своей беспокойной жизни вволю.

Дальнейшие события их семейной жизни известны нам в двух версиях. Согласно первой версии, Леда родила счастливому супругу двух детей - дочь Клитемнестру и сына Кастора, согласно другой царственная чета долгое время оставалась бездетной, несмотря на все усилия, ухищрения, заклинания фессалийских колдуний, чары жриц Гекаты, зелья и травы, принятые в то незапамятное время.

Как-то в жаркий летний день царица Леда решила пойти искупаться на речку Эврот, протекавшую близ царского дворца - скромного, как и всё в быту спартанских греков. Зайдя в высокий серебристо-зелёный тростник, дабы укрыться от нескромных взоров случайных прохожих, поставив на землю золотой фиал с благовонным маслом (предусмотрительно взятый ею с собой, чтобы, по эллинскому обычаю, натереться им после купания), и, сбросив со стройных ног лёгкие сандалии, стыдливая василисса расстегнула дорогую чеканную пряжку, скреплявшую на её правом плече просторную, цвета морской волны, хламиду, совлекла с себя белоснежный хитон и бросила одежды на берег Эврота, у самой воды, волнуемой приятным лёгким ветерком и пенящейся серебристыми, как мелкий речной жемчуг, пузырьками вокруг слегка колышущихся и, казалось, тихо шепчущихся между собой о чём-то сокровенном и ведомом только им (да ещё, может быть, речным нимфам-наядам) стеблей склонившегося над водой кистями тёмно-зелёного густого камыша. Чему-то улыбнувшись, Леда развязала тёмно-бирюзовую ленту, стягивавшую её гиацинтовые кудри пышным узлом на затылке, и выпущенные на волю волосы густой тёмной волной скатились ей на прямые широкие плечи. Тронув кончиком длинной, крупной, как у всех спартанских девушек и женщин, много занимавшихся гимнастикой и бегом, ступни речную воду, она сочла её приятно-прохладной и медленно вошла в реку, постепенно погрузившись в неё по волнуемые тихим, ровным дыханием перси с розовыми бутонами сосков, не слишком пышные - они легко умещались в мощных ладонях Тиндарея, - но безупречной формы. Как только лилейнораменная василисса спартанцев погрузилась в прохладную воду реки по самые плечи, в прибрежных зарослях внезапно послышался шум - и очам изумлённой Фестиды предстал необычайно крупный и красивый, белоснежный лебедь-кликун, плывший к ней медленно и величаво, горделиво расправив крылья и вытягивая в направлении красавицы тонкую, гибкую шею. Царицу это удивило - ведь она знала, что обычно лебеди, плавая, держат шею вертикально, а крылья - плотно прижатыми к телу. К тому же всем известно, что лебедь-кликун - весьма осторожная птица и старается держаться на широких водных пространствах, подальше от берега.

При виде необычного лебедя осторожная Леда, на всякий случай, поспешила выбраться на берег и, усевшись поудобнее на прибрежный валун, стала наблюдать за царственной птицей. К удивлению красавицы, лебедь вышел из реки на берег вслед за ней и, слегка переваливаясь с лапки на лапку (как это свойственно крупным водоплавающим птицам, передвигающимся на суше менее уверенно, чем по воде), заковылял по направлению к ней. Невольно рассмеявшись, Леда протянула лилейную руку и погладила удивительного, как будто бы совсем ручного, лебедя по голове. Тот, казалось, только и ждал её прикосновения. Как будто искра проскочила между его головой с приоткрывшимся чёрно-оранжевым клювом и рукой спартанской василиссы, как будто пронизав её с ног до головы и заставив затрепетать всем телом...

Источник